Главная Бег Пробежать все 6 мэйджоров за 1 год: интервью с обладателем рекорда Гиннесса...

Пробежать все 6 мэйджоров за 1 год: интервью с обладателем рекорда Гиннесса Анатолием Мухиным

8265

Токио, Бостон, Лондон, Берлин, Чикаго, Нью-Йорк – пробежать все шесть мэйджоров за один год и суммарное время 16 часов 24 минуты: Анатолий Мухин сделал это и попал в Книгу рекордов Гиннесса. Как у него появилась такая фантастическая идея, зачем ему было это нужно и какими были эти 253,2 км, Анатолий рассказал в интервью Екатерине Преображенской.

Пробежать все 6 мэйджоров за 1 год: интервью с обладателем рекорда Гиннесса Анатолием Мухиным

Когда идёшь на встречу со сверхчеловеком, невольно думаешь, какой он “живьём”. Ведь уложить в голове 6 марафонов за один год, ещё и быстрых, не так-то просто.

По роду своей деятельности я часто общаюсь с людьми, чьи спортивные достижения для обывателя кажутся чем-то невероятным. Я знаю, что ограничения только в головах, и физически человек способен на гораздо большее, чем может помыслить. Но как будто ожидаешь, что те, кто выходит за рамки этих границ, – радикально отличаются от окружающих. Так и есть: у этих людей совершенно особая энергетика, которой они заряжают других.

– Как ты начал бегать?        

2-месячный онлайн-курс
«Как начать бегать и не бросить»
Сделайте бег привычкой на всю жизнь!

– Я с детства занимался футболом, и закончилось всё плачевно: открытый перелом ключицы, сотрясение мозга. В старших классах футбол мне пришлось бросить. Я начал активно учиться, и оказалось, что у меня неплохие способности. Я выигрывал олимпиады по физике и математике и в итоге поступил на факультет кибернетики в МФТИ в Долгопрудном, и там же остался преподавать после окончания вуза.

Троих моих соседей по комнате забрали в Google, Amazon и Facebook. А я пошел работать в Intel. Я проработал там три года, и в какой-то момент я резко решил бегать. Бросил работу и пустился во все тяжкие: начал много тренироваться, ездить на сборы, а на жизнь зарабатывал репетиторством.

Мне было тогда 24 года, и решение было осознанным. Быстро дошёл до КМС, устроился в МВД – там спортсменам платят какие-то небольшие деньги. Приезжал на тренировки в манеж с портфелем, в котором лежали шиповки и книга математика Шабунина. Между тренировками успевал преподавать. Было непросто, конечно.

– Это решение – результат нереализованности в футболе? Была какая-то цель?

– Может быть. Но футбол – командная игра, а в беге ты один и сам за себя. В сборной меня не ждали. Тренировался на недлинные дистанции: 400, 800, 1500, 3000 метров. И показывал неплохие результаты.

Но в этот момент пошли травмы, с 27 лет ни дня без них. Я на себе перепробовал все возможные передовые методы тренировок и восстановления: от криованн и тейпов до того, что сам себе ставил внутривенные капельницы. Но врачи сошлись на том, что это просто общая усталость тела от тренировок.

В беге получается реализовать внутренние стремления к настоящим ощущениям

За время, пока разбирался со своими травмами, нашёл много узких специалистов. Мой математический мозг сложил всё вместе, и я решил создать свой маленький беговой клуб для элитных тренировок AlterEGO, где с каждым спортсменом работают 8 специалистов из разных сфер.

– То есть из спортсмена ты стал тренером?

– Да, я организую тренировочный процесс для тех, кто хочет с минимальными временными затратами получить максимальные результаты. Причём делаю это с помощью математически выверенных данных и методов.

– А как сложилась история с мэйджорами?

– Я бегал много марафонов, в том числе мэйджоров. И пришла идея пробежать шесть за год, причём за 16 часов в сумме. Такого ещё никто не делал, и это тянуло на рекорд Гиннесса. Почему бы и нет?

Самым сложным оказалось зарегистрироваться на все мэйджоры в течение одного года. Первый год я пролетел с Токио, но в 2019 получилось: на большинстве была квалификация, но на Лондон пришлось купить слот.

– Расскажи про сами марафоны, как они проходили для тебя? 16 часов – это по 2 часа 40 минут каждый, средний темп 3:47…

– Трудности начались уже в Токио. Было +2, дождь, очень некомфортно. И у меня слез носок почти в самом начале. После финиша я кроссовок снимал вместе с кожей. Мне должны были подавать еду, но все потерялись – и первый раз я поел на 38-м километре. Но за 2:39 пробежал.

Самым сложным оказалось зарегистрироваться на все мэйджоры в течение одного года

Бостон начался с неприятностей: хозяин квартиры аннулировал бронирование, и нам пришлось жить в студенческом хостеле, а потом в китайской семье. Добираться до старта было далеко. Но сам забег прошел нормально, хотя с горками приходилось психологически бороться. Там в конце Heartbreak Hill идёт в три горки, ни конца, ни края ему не видно. Сложно бежать, если не знаешь, когда подъём кончится.

Кстати, это был мой первый Бостон, и когда в местном беговом магазине продавцы услышали, что я бегу его впервые, они стали перекидываться шутливыми фразами и сказали: чтобы понять Бостон, надо пробежать его хотя бы дважды. На горках в конце я осознал, почему.

Пробежал за 2:45 и сразу полетел в Лондон, оставалось совсем немного времени.

На тренировке перед Лондоном у меня случился надрыв сухожилий, причём такой, что я не мог нормально даже наступать на ногу. Я стал делать всё возможное: лёд, упражнения, трусил по 5 км. На старт вышел в полном непонимании, финиширую или нет. Выпил обезболивающее, начал медленно, но стал разгоняться – и в итоге пробежал за 2:39:10. Получился самый быстрый из шести марафонов.

Берлин я хотел пробежать быстрее, за 2:35, чтобы создать запас. Я начал нормально, а километров через пять скорость стала падать. Во рту появился неприятный привкус, начал сплёвывать что-то жёлтое. Думал, гель, а потом вспомнил, что я ещё не ел гели. Понял, что это желчь. На первой же точке питания пытался поесть, но сразу же появлялся рвотный рефлекс.

Темп падал до 4:40, я понять не мог, в чём дело. В итоге добежал за 2:44. После финиша накрыла гипотермия и сильно тошнило.

Чтобы понять Бостон, надо пробежать его хотя бы дважды

Перед Чикаго я не унывал, думал, может, в предыдущий раз просто что-то съел не то. Начал нормально, но уже на первой двадцатке понял, что темп ниже целевого. Меня стали обгонять люди, которые были явно медленнее меня.

Сил не оставалось, тошнило, я ничего не ел. И спасло то, что в Чикаго в конце был сильнейший ветер в спину: с его помощью я смог разогнаться и в итоге финишировал за 2:49. Почему это происходило, было непонятно. В этот раз я не ел ничего провоцирующего, да и на самом марафоне не ел. Но найти подходящего врача в США за несколько недель было невозможно, поэтому я просто психологически готовился к аналогичной истории в Нью-Йорке.

В Нью-Йорке нужно очень рано приезжать на старт и долго его ждать. Встаёшь в 4:30 утра, идёшь на автобус. На улице +3, а по время забега +10. В стартовой зоне полежал и поспал немного. Мысли были уже просто добежать до финиша и завершить начатое.

После половинки начало опять тошнить, до последнего не было уверенности, что добегу. Но в конце я смог пробежать по 3:30 – и в итоге 2:47 и общее время на шести марафонах 16 часов 14 минут. Не из 16 часов, но на рекорд Гиннесса хватило.

Эта затея вышла в копеечку: можно было бы купить Porsche Cayenne

– Пожалуй, главный вопрос – зачем ты это делал? Столько страданий, сложностей. Ты не похож на человека, который делал бы это просто ради рекорда.

– Тут скорее были глубокие психологические моменты. Главный – ответить на вопрос, зачем я бегаю, и вообще зачем люди это делают.

– Нашёл ответ на него?

– Да. Я не хочу формулировать его сейчас подробно, но бег – это свобода, это настоящая, реальная жизнь и возможность взять за руку своего внутреннего ребёнка. Ведь в детстве мы все мечтаем стать каким-то супергероем, а потом взрослая жизнь с её хлопотами затягивает, и мы забываем об этом. А в беге получается реализовать эти внутренние стремления к настоящим ощущениям. Это совсем не хобби, это вторая жизнь, а может быть, даже и первая.

– Чем ты занимаешься, кроме AlterEGO? Наверняка, твоя затея с мэйджорами стоила немало. А ещё надо успевать тренироваться. Когда на работу находишь время?

– Да, эта затея вышла в копеечку: можно было бы купить Porsche Cayenne. Кроме AlterEGO, я занимаюсь стартапами как раз в беговой сфере.

Сейчас делаем приложение RunMaps. Оно строит маршруты на основании данных, где чаще всего бегают люди. Например, вы приезжаете в новый для себя город и не знаете, где лучше побегать. Заходите в приложение, и оно тут же рисует ближайшие маршруты. Не нужно идти расспрашивать консьержа в отеле или сидеть с Google Maps – всё уже есть в телефоне.

Поскольку вся моя работа связана с бегом, то и поездки на марафоны дают возможность параллельно работать: встречаться с людьми, ходить на экспо…

– Цель достигнута. Что дальше?

– Мне нравится быть в состоянии “хочу – бегу, не хочу – не бегу”. Я сейчас добился цели и получил эту свободу – ни на кого не ориентироваться, а просто бегать. Пока марафоны бегать не хочется, но буду, конечно. И ещё подумываю о полной дистанции Ironman. Неизбежно формулируются новые цели – мы так устроены.